Новости

Художественная и учебная литература, научные издания и другие книги найдут свои места на полках городских библиотек благодаря субсидии из регионального бюджета. Оренбург стал победителем в отборе на право получения денежных средств среди городских округов области. На приобретение книг выделено 550 тысяч рублей.

26 ноября

Об этом рассказала начальник управления образования администрации города Лариса Бебешко.

26 ноября

Наступает предельный срок своевременной уплаты имущественных налогов.

26 ноября

По информации городского управления ЗАГС, на прошлой неделе в Оренбурге на свет появились 173 малыша. Список редких имен, данных новорожденным девочкам при регистрации, пополнили: Таисия, Аврора, Каролина, Майя, Евангелина, Ярослава. Среди необычных мужских имен - Кузьма, Мирон, Елисей, Никон, Арсений.

23 ноября

После завершения капитального ремонта с 23 ноября по дороге возобновлено движение транспорта.

23 ноября




Жизнь как форма

-----
Жизнь как форма

Дина Елманова

Тяжёлые мазки, тёмные тона, нарочито грубоватые размашистые наброски – от полотен молодого художника Александра Суздальцева словно веет мрачноватым современным урбанизмом и постсоветской романтикой. И неспроста – он создавал свои полотна в трудное для оренбуржцев время – в период самоизоляции, отображая свои собственные переживания, и потому они так волнуют зрителя. Недавно студент Оренбургского художественного колледжа стал обладателем губернаторской стипендии «Для поддержки способной и талантливой молодёжи». Корреспондент «ВО» встретилась с молодым художником, чтобы узнать, легко ли организовать собственные проекты в Оренбурге и какой он – мир через призму постсоветского искусства.

Вместо пейзажей – трубы
– Александр, во сколько лет Вы начали проявлять склонность к искусству?
– Сейчас уже трудно вспомнить конкретную дату. Мне кажется, это произошло ещё до того возраста, когда я начал запоминать события жизни. У меня была интересная черта: я не рисовал пейзажи, солнышки, луга с домиками. Я клеил на стену в ванной огромный кусок ватмана и пытался изобразить на нём трубы, коммуникации и другую сантехнику, которая располагалась там же. Быть может, этот ранний опыт тоже наложил свой отпечаток на мои проекты в будущем.
– То есть Вы с детства знали, что станете художником?
– Нет, это осознание пришло гораздо позже. У меня никогда не было проблем с точными науками, однако связывать с ними свою жизнь мне не хотелось. Лично для меня это означало бы рутинную работу в офисе за какими-нибудь расчётами. И когда после девятого класса встал вопрос, идти ли дальше в десятый или выбрать колледж, я решил попробовать себя в творческой профессии. И выбрал Оренбургский художественный колледж. Но решил пойти не на живопись, а на дизайн интерьера. Не могу сказать, что это была мечта жизни, скорее чисто прагматический подход: учёба в этом направлении помогла мне лучше представлять конечный результат, делать предварительные расчёты.
– Раз есть колледж, значит, ему предшествовала художественная школа?
– Да, я в детстве ходил в такую школу. Но не могу сказать, что я был примерным учеником. В своём классе я был чуть ли не единственным мальчишкой и среди учениц, очень прилежных, кстати, выглядел белой вороной. Не могу сказать, что я обладал особым даром с детства. Мне вообще кажется, что человек свои таланты обретает с возрастом. Но меня в то время очень поддержала моя преподавательница Ирина Иванова, которая всегда принимала меня таким, какой я есть. И я очень благодарен этому периоду за то, что он заложил необходимый базис. В итоге я стал чуть ли не единственным из группы, кто выбрал творческий путь.

Квартирник и «Давление»
– Насколько неожиданным для Вас стало получение губернаторской стипендии?
– От слова совсем. Я никогда не считал себя правильным и прилежным студентом. Единственное, чем я могу это объяснить, так это то, что я, быть может, один из самых активных студентов. Потому что очень много времени потратил на создание собственных проектов. Плюс в это время на меня большое влияние оказала моя наставница – преподаватель колледжа Екатерина Процив. Первые шаги в своём творчестве я сделал именно под её руководством.
– С чего всё началось?
– Моим самым первым проектом был квартирник «Антресоль». Это была «проба пера». Кроме меня на этой выставке были представлены работы других молодых художников. Эта первая экспозиция, пусть и не сильно раскрученная, помогла нам поверить в свои силы, что искусство сегодня не отодвинуто куда-то на задворки и по-прежнему интересно людям. Потому это воодушевило меня на создание более крупного проекта «Давление».
– Название очень говорящее… А почему Вы выбрали местом проведения здание Российского союза молодёжи?
– Это помещение с его местами плохо освещёнными коридорами тоже является частью экспозиции. «Давление» – это ответ на нашу повседневность. Это моё видение современности. Быть может, технический прогресс и облегчил жизнь человечества, но он сделал многих одинокими. И особенно это ощущается в городах. Потому на полотнах, которые я собрал для этого проекта, отображается жизнь эдакого маленького человека, запертого в коробке собственной квартиры с её бытовым антуражем. В работе я использовал масло и графику, потому что они помогают передать тяжеловесность композиции, выбирая тёмные тона.
– При взгляде на картины возникает ощущение, что это некая фантазия на тему постсоветских пространств. Тем более что в последние годы молодёжь будто бы испытывает некую ностальгию по прежней стране – в Интернете, например, создаются целые литературные вселенные…
– Так и есть. Я, правда, не стал брать за основу готовые миры из Интернета, пытаюсь создавать свои собственные. Да, эстетика прошлого действительно повлияла на меня, ведь мы до сих пор пользуемся плодами той эпохи.
– Почему советская эстетика так притягивает молодых? В чём её особенность?
– Лично для меня этот период нашей истории стал подходящим приёмом отображения сегодняшней действительности. Мне кажется, что тогда, в советское время, историю просто оборвали, не дав ей закончиться. А все мы, по сути, наследники этого периода. И то, что я пишу в картинах, – это моя версия развития событий.
– У Вас на полотнах в основном бытовые сцены.
– Да, ведь они создавались как раз во время самоизоляции. Но источником вдохновения была не только она. Думаю, серые бетонные стены, теснота кухонь – это одна из лучших аллюзий на вынужденные ограничения, которые сегодня сопровождают нас во всём. В конце концов каждый художник, кем бы он ни был, всегда вкладывает в свои произведения только собственную точку зрения, высказывает свои переживания и тревоги. Для меня процесс написания картин стал ещё и отдушиной, поглотившей все страхи и негативные мысли. Самое интересное, что про художников говорят, что только самые тонкие люди, обладающие гибкой психикой, впечатлительные и ранимые, становятся таковыми, но со мной произошло как раз наоборот. Я стал таким именно после того, как полностью погрузился в творчество. Говоря откровенно, как художник я начал работать совсем недавно, года два назад. До этого, мне кажется, это были наброски, которые требовала от меня учёба.
– В дальнейшем Вы будете развивать эту тему?
– Сейчас я увожу своё творчество от социальной тематики. Пробую более общие, светлые сюжеты, новые методы и формы. Прибегаю к абстрактным вещам и даже некоторому наиву, который часто встречается в детских рисунках. Хочу быть искренним в творчестве, продолжать процесс поиска. В будущем я планирую освоить скульптуру как новую для себя пластическую форму. Недавно я начал работать с видео-артом и даже затронул стрит-арт.

Взгляд в будущее
– Вы можете назвать себя ранимым человеком?
– Да. Как и все художники. Критика всегда воспринимается тяжело, в принципе как и любым творческим человеком. Тебе всегда кажется, что ты выворачиваешь себя наизнанку, отображая на полотне своё видение мира, а тебе говорят, что «автор совсем не это имел в виду». Кто-то, наоборот, находит в картинах смыслы, понятные только ему, о которых сам художник, вероятно, и не догадывается. Научиться спокойно относиться к мнению окружающих и принять тот факт, что всем нравиться невозможно, –
это, наверное, одна из главных задач.
– Сейчас часто используется понятие «модный художник». Вас оно не смущает?
– Если того, к кому его применяют, это устраивает, то и меня – подавно! Но не в адрес меня самого. Понимаете, изображать на полотне то, чего требует зритель, а не свои мысли – это достаточно опасное явление. И прежде всего для самого творца. Такие вещи, быть может, впоследствии и окупятся в продаже, ведь они отвечают современной повестке, но они уничтожают всё лучшее, что есть в авторе. Любое полотно – это прежде всего эмоции создателя, то, каким он видит окружающий мир, как реагирует на него. И это его собственное «лицо». И когда он от создания «для души» переходит к тому, что «модно», он рискует полностью утратить всю живость. Наверное, очень немногие талантливые художники смогли удержаться на должном уровне, не потерять планку, поддавшись рыночным настроениям.
– А как же быть? Можно ли быть самодостаточным и при этом известным?
– Ну чтобы быть известным, придётся больше прорываться на передовые позиции. Стучаться во все галереи, даже если они кажутся слишком пафосными и строгими в отборе. Это чрезвычайно изматывающий процесс: разослать портфолио со своими работами и досье, причём отправишь в 10 галерей – если хотя бы одна согласится, это уже счастье. Пять откажут, а остальные просто проигнорируют. Да, почти везде места уже заняты на несколько лет вперёд, но ведь есть большая вероятность, что твои работы заметят, запомнят. И очень хорошо, что у нас в городе третий год проходит выставка молодых художников. Это даёт возможность Оренбургу узнать о начинающих талантах, а самим художникам – поверить в свои силы.
– Вы останетесь в Оренбурге?
– После окончания колледжа я планирую перебраться в Москву. Всё-таки в этом огромном городе гораздо больше возможностей для художников, в том числе и начинающих. Многие из ребят, кто действительно хотел состояться в этой сфере, уже окончили наш колледж и уехали в столицу. Но перед отъездом я хочу провести большую выставку, где представлю изменения в своём творчестве – с самого начала до сегодняшнего дня.
– Это будет уже далеко не «Давление»…
– Здесь уже совершенно иное настроение. Сейчас я подыскиваю подходящую локацию для выставки. Это должно быть производственное помещение, с хорошим освещением, светлое, как и сами полотна. Нужно будет хорошо продумать, как разместить работы на таком большом пространстве. Тут пригодится опыт предыдущих выставок. Я учту те ошибки, которые допустил как организатор, чтобы не повторять их в дальнейшем.

Оставьте комментарий

Имя*:

Введите защитный код

* — Поля, обязательные для заполнения


Создание сайта, поисковое
продвижение сайта - diafan.ru
© 2008 - 2021 «Вечерний Оренбург»

При полной или частичной перепечатке материалов сайта, ссылка на www.vecherniyorenburg.ru обязательна.